Я ничего не знаю. У меня давно не

Я ничего не знаю. У меня давно не осталось секретов и примечательного ничего не осталось – рассказать скучающему челове ку при случае. Тогда зачем пишу? Так вспоминать легче. Ведь это была моя жизнь. Какая ни есть, а она у меня одна. Жалко. «Жил был я. Стоит ли об этом?» 511 (Из рукописи Иванова) Кассеты с записью передачи Невзорова о Рижском ОМОНе тут же пошли в дело. Одну копию я отдал на базу, за что был упоен в стельку и отлеживался потом все выходные дома под долгоиграющие нотации Аллы и неодобрительные взгляды дочки и даже кота Бегемота. Еще одну копию – со всем циклом – мы размножили в нашей студии в десятках экземпля ров и разослали по районным советам Интерфронта по всей республике, а там уже коллеги сами устраивали коллективные просмотры на предприя тиях и в различных организациях. Еще одна кассета пошла в войска. Ко всем невзоровским программам мы подписывали свои докумен тальные фильмы – как производства интерфронтовской студии, так и наиболее значимые совместные с ЛенТВ проекты. Но и этого не хватало. После того как Ленинградское телевидение в Прибалтике блокировали, спрос на Невзорова вырос необычайно. В тот момент Глебыч играл на нашем поле, и мы этим активно пользовались. Я дозвонился до НТК «600» и попросил права на распространение зна менитого цикла «Наши» в аудио и газетном формате. Невзоров согласил ся, и тогда мы представили «Секунды» в интерфронтовской газете «Един ство» и на радио «Содружество» – один текст, без картинки. И

следующая