Тоже мер знут, пройдемся и мы по

тоже мер знут, пройдемся и мы по холодку – лучше спать будем. Оба прекрасно понимали, что вся эта бодяга с усилением омоновских постов пополнением затеяна командиром исключительно с целью сразу же обкатать новых людей, заставить их с ходу включиться в другую жизнь, в новый коллектив и новое место службы. Времени на сколачивание эки пажей, или как еще это назвать (?), – не было. Да и серьезность обстановки лучше всего понимается в ночном карау ле, когда кругом враг, когда все кошки серы, а пули – нет нет да и посви стывают самые что ни на есть настоящие. Друзья посмотрели по списку, кто сейчас заступает на смену, зашли в один из кубриков – Палыч был уже там – будил крепко отключившегося сержанта. Рядом с Трегубовым сонно покачивался курсант школы мили ции – еще в шинелку одетый. Похлопали Палыча по спине, дескать – порядок, молодец! И пошли на улицу. Звезды светили все так же ярко. Мороз усилился, снегом и не пахло, несмотря на конец января. Покурили у крыльца, посмотрели, как пошла на пост смена. Жизнь на притихшей базе не прекращалась и ночью. Вот начальник штаба, пританцовывая на ходу с грацией тяжеловеса на ринге, пробежался по дорожке – пошел лично проверять караул. Вот вспыхнул ярко свет в полутемной обычно ночью дежурке и тут же погас. Все шторки на окнах во всех бараках были плотно закрыты – никому не хотелось в своем же кубрике светиться мишенью для снайпера. Приезжали и отъезжали машины через КПП. Но ни одного милицейского «уазика» среди них не

следующая