Придет. Но это их пробле мы. А у нас

придет. Но это их пробле мы. А у нас вопрос веры и справедливости – главный. Но если Путин стал демонстративно скрывать свои отношения с Церковью, чтобы не раздра жать толерастов, если он уже слово «русский» перестал вдруг произно сить, а все больше у него «россияне» на устах, – это вопрос доверия к нему русской души, а не российского тела. – Что то ты, Иваныч, завернул в такие эмпиреи, что без бутылки и не разберешься! – Ну так ты бальзамчику хлопни, мне недавно из Риги опять привезли. – Валерий Алексеевич улыбнулся и деловито полез в шкапчик, продолжая мысль на ходу. – На песке, на вранье, на публично сказанном по телеви зору, что «Ельцин дал России свободу» – законной власти не построишь! Ни при чем здесь Ельцин. И все это знают, в том числе и те «дарагие рас сияне», что миллионами записывались в участники первой защиты Белого дома, а теперь клянут «царя Бориса» почем зря… Я знаю одно: Путин дол жен сказать правду. Тогда его власть – и так почти царская – станет законной и фактически монаршей властью. Без этого – сам себя переи грает, какой бы гениальный политик он ни был. Без этого – потеряет ту Божью помощь, каковая только и позволила ему совершить чудо – чудо возрождения уже, казалось, погибшей России. Но пока он играет в полит технологии, пока он старается переиграть всех административным гени ем, пока он, пусть даже по понятным причинам, не находит сил или, как ему кажется, возможности порвать с проклятием рождения нынешней Российской Федерации

следующая