Вечером, так что готовься, будешь на

вечером, так что готовься, будешь на выпуске со мной сидеть. С титровальной машинкой справишься, надеюсь? А то и титры, и часть музыки придется прямо в эфире выдавать – собрать все до конца и выли зать в записи не успеваем – все монтажные забиты – времени не дают. – Ну, как нибудь справлюсь… Звонки на «горячий телефон» студии начались сразу же после показа интервью с интерфронтовскими лидерами. Толик, сидевший на телефо нах вместе с парочкой практиканток, что то беззвучно говорил в трубку и несколько раз, не переставая слушать и переспрашивать, оборачивался к прозрачной перегородке, за которой на выпуске сидели Хачик с Лешей и Иванов. Тышкевич мгновенно менял лицо с участливо озабоченного – так он (хоть и не в кадре был!) общался с телезрителями – на весело вос торженное и показывал друзьям большой палец, при этом еще кивая на монитор, в котором заканчивал говорить Алексеев: 272 ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПАМЯТЬ ВОЗВРАЩАЕТСЯ «…Я хочу напомнить о том, как развивались события в буржуазной рес публике, пользуясь свидетельством главы Православной церкви в Латвии архиепископа Иоанна Поммера. Вот что он говорил, обращаясь к сейму: « Во имя чести и достоинства Латвийского государства и народа, во имя мира и в настоящем, и в будущем я считаю своим священным долгом обра тить внимание на те гонения и притеснения, в каких я нашел Правосла вную церковь в Латвии! Гонениям и утеснениям подвергаются сотни тысяч полноправных и ничем не запятнанных граждан, исполнявших

следующая