Солнце начало падать в море, оно

Солнце начало падать в море, оно побагровело, полуприкрылось тучами, начиная феерическое действо заката. Все было так красиво и пушло, что стало казаться взаправдашней жизнью. Они снова лежали рядом, снова касались друг друга, только не играли уже в «последнюю черту», как в молодости, они давно уже перешли все границы за этот вечер, и даже не один раз. Они так обрадовались, что оба почти не изменились друг к другу. Только стали смелее и страстнее. И еще 257 – они теперь многих могли сравнивать про себя друг с другом и поняли, что когда то, когда то, в заснеженном литовском Линксмакальнисе, в казенной квартирке, в окруженном «колючкой» и часовыми военном городке, судьба подарила им шанс стать единым – без изъяна, без малей шей неподходящей шероховатости – целым. А они не поверили в это. А они не придали этому значения. А они думали, что окружающий мир с его будничными делами – важнее. Калейдоскоп дней манил и завораживал, жизнь дробилась, дробилась душа – не сложишь вместе теперь, даже если очень захочешь. Разницу между «я хочу» и мне «нужно» Иванов еще только только начинал постигать, и немало пройдет лет, прежде чем он поймет эту разни цу по настоящему. А будет ли когда поступать в соответствии с этим пони манием – я и вовсе предсказать не берусь. – Мне нужно позвонить… Я спущусь к дежурной? – Фраза снова про звучала невыносимо пошло, как в «Осеннем марафоне» каком нибудь или «Зимней вишне». Таня, не поднимая головы, так и лежала ничком,

следующая