Ближайшего санатория. Было искушение

ближайшего санатория. Было искушение забрести по дороге в любимый «Бальзам бар», в котором столько часов было просижено в студенческие годы под Челентано, но внезапно подул все же ветерок, принес крики чаек и запах водорослей с близкого пляжа. Иванов напрямую, по деревянной дорожке через дюны, вышел к морю. Ленивая прохладная волна, еще чистая – весенняя, отфыркиваясь и слегка шипя, накатывалась медленно на сле жавшийся мокрый песок и снова втягивалась назад в залив. Валерий Алек сеевич шел по кромке прибоя, иногда проваливаясь в разъезжавшуюся 254 ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПАМЯТЬ ВОЗВРАЩАЕТСЯ под его тяжестью влажную массу песка, чертыхался, но, несмотря на про мокшие туфли, не сдавался, шел и шел по самому краешку. «Таня, Таня… Уж не приложила ли ты свою тоненькую ручку к моей судьбе? Первый раз не получилось, так вот теперь… Но зачем? Зачем? Отомстить за разрыв отношений? За молодое небрежение к тебе? Так ведь и сама ты вряд ли принимала всерьез нашу случайную встречу… Или по делу? По служебному, так сказать, рвению? Но кто я такой и какой с меня толк в твоих делах, моя литовская Мата Хари из Донецка? Да и сама ты, наверное, давно уволилась со службы и живешь своей жизнью. Хотя… уволишься из конторы, как же! Погоны снять еще можно, а вот уволить ся… Но муж – особист, или кто там еще? Но – бывший муж! Да и на Алек сеева не надавишь – не тот человек. Но зачем на него давить? Тут как раз другое – сам мог попросить себе человечка… Но не у Тани же, в самом

следующая