«Гардиан», когда речь в ней идет о

«Гардиан», когда речь в ней идет о про блемах Латвии: «еврейский парламентарий Жданок». Я думаю, что это правильно. Я себя тоже в Верховном Совете считал русским парламента рием. Не надо забывать ни о своей национальности, ни о своих националь ных интересах. Вопросы задавал Валерий Иванов март 1993 года Надо было жить дальше. Сделанное – не может стать несделанным. Придет время, и память вернется. И потребует… 201 Часть вторая. Память возвращается Краткий конспект своей жизни Иванов выложил довольно быстро. Уже через пару тройку месяцев после нашего знакомства он перестал отмалчиваться в ответ на мои докучливые стариковские расспросы – ува жил мое искреннее любопытство. Но видно было, что Валерий Алексеевич не оттаял еще душою как следует, не до конца еще верил тому, что он в России, что он здесь навсегда. А главное, что Россия уже снова другая. К счастью, Россия сегодня действительно не та, что встретила рижских омоновцев 1 сентября 1991 года в Тюмени. Та, по иронии судьбы, называю щая себя сегодня «другой Россией», осталась в 90 х годах ушедшего века. Но Иванов то запомнил Россию именно такой – сошедшей с ума, вопя щей, проклинающей саму себя, кающейся в грехах действительных и мни мых, плюющей в себя и ходящей под себя – больной, казалось, неизлечи мо. Та Россия отторгла от себя большинство выведенных в Тюмень рижан, содрала их с себя, как расчесывает коросту с сукровицей человек в беспа мятном безумии, не давая затянуться кровоточащим

следующая