Интервью никогда не было опу бликовано.

интервью никогда не было опу бликовано. Это последнее, что хотел сказать людям Алексеев. Я с большим трудом уговорил его на этот разговор, хотел попробовать опубликовать материал в «СМ – сегодня». Но в редакции повычеркивали почти полови ну текста – шел уже второй год «независимости». Анатолий Георгиевич визировать интервью в таком виде отказался. А я потом и сам про эту встречу забыл. Столько всего навалилось тогда, я ведь едва вернулся в Лат вию из России. Может, оно и к лучшему, что не напечатали, мне ведь тогда высовываться было совсем не с руки, но я не мог оказаться в числе тех, кто бросил лидера запрещенного новой властью Интерфронта, вот и попытал ся сделать хоть что то. Вот, читай, здесь полный текст, без редакторской правки. «Вокруг слишком мало тех, с кем можно пойти в разведку» Несколько вопросов Анатолию Алексееву – Анатолий Георгиевич, прошел без малого год с тех пор, как вас « ушли» из Верховного Совета Латвии. Означает ли это для вас уход с поли тической сцены вообще? – Я бы сказал, что для меня было важнее не столько изгнание из парла мента, сколько мои размышления над этим фактом, а точнее, отсут ствие сколько нибудь значимой реакции общественности на эти собы 198 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. В ЗАБЫТЬИ тия, да и участие в них тех, кого можно было называть своими соратни ками. Все это навело меня на мысль о том, что важны не столько полити ческие принципы, сколько то, какие конкретно люди стоят за ними, како вы их человеческие качества: доброта,

следующая