Тоскливым взглядом квартиру, в которую

тоскливым взглядом квартиру, в которую неизвестно, вернешься ли еще, и вышел, тщательно закрыв двери на все замки. Я так часто прощался, уходя навсегда, И не чаял взаправду вернуться… Но щадила меня и седая вода, И земля меня с неба встречала всегда, Да и с пулями смог разминуться. Я картины и книги руками ласкал, На диване не мог насидеться, Я так бережно пыль напоследок стирал, Я цветы поливал, взгляд прощальный бросал, И стучало так медленно сердце. Но судьба возвращала с усмешкой меня, Видно, с прошлым никак не проститься! Вынимала живым из воды и огня, Из морозных снегов поднимала, щадя, Одного не давала – влюбиться. И я снова приехал в свой маленький дом, Словно ждут меня там не дождутся. Поздоровался молча с любимым котом, Перебросился словом с женой ни о чем. И ушел. Чтобы снова вернуться… В подъезде он еще раз подошел к окну. Ни одной «Волги» у теплиц не осталось. Теперь, как обычно, там был просто выжженный солнцем гра вийный пятачок. И ни одного человека. На улице вообще никого. Летний вечер все проводили у телевизоров. И только на полюсах внешне спокойного города кипела суета. Одни подчищали концы и сворачивались, другие лихорадочно спешили вернуть ся в брошенные в панике властные кабинеты. Валерий Алексеевич быстро спустился с пятого этажа и вышел в жар кую вечернюю тишину. На соседней Гауяс его укрыла тень густой липо вой аллеи. Не оборачиваясь, он пешком пошел на Брасу, к телефону, сдер живая себя и пытаясь не ускорять шаг.

следующая