Покормите. А потом мы встретимся и

покормите. А потом мы встретимся и обсудим план действий. Кстати, будет возможность снять город с вертолета… Игорь Валентинович уже договорился с военными, полетите, Вадим? – Конечно полетим, да и машину бы нам не помешало, надо уложить ся за сегодня, чтобы завтра, по крайней мере, дать в эфир. Сегодня то нам здесь латыши на телецентре ничего перегнать в Питер не дадут, я думаю. – Это точно, – кивнул Иванов. – Ну, разберемся по ходу, я буду к двенадцати часам, не исключено, что сегодня будет митинг. Там Саша уже ждет вас, кстати. Все, я пошел. – Алексеев неловко повернулся и двинулся к Бастионной горке, не обращая внимания на пристальные взгляды давно узнавших его «баррикадников». – Он что, всегда так ходит – один, без сопровождения? – удивился Вадим. – Всегда. Как и все мы, – усмехнулся Иванов. – Мы только на съем ки берем кого нибудь из дружинников – камера у нас одна и потерять ее жалко. Лопатин, тот, говорят, сразу два пистолета с собой таскает. Ну, пол ковнику простительно. А шеф наш человек тихий, интеллигентный. Его хрен чем испугаешь. Видел, как латыши на него смотрели? Но даже не тяв кнули. Удивительный человек. Мог бы иметь все. Его род уже двести лет в Латвии живет. Латышским владеет прекрасно. До перестройки работал замначальника республиканского торга по капитальному строительству. А как началась эта бодяга, все бросил и ушел в Интерфронт. Никому спуску не дает. Ни Рубиксу, ни народнофронтовцам. Если бы он сам меня не попросил перейти к

следующая