Алексеевич надолго прервал всякие

Алексеевич надолго прервал всякие отношения с быв шим товарищем, хотя сам и не был коммунистом – даже отказывался, когда предлагали вступать, мотивируя отказ своей безалаберностью и нес оответствием высоким коммунистическим идеалам. Но со временем все забылось. Илья настойчиво пытался наладить приятельские отношения, и Иванов, уже подрастерявший юношеский максимализм, да и многих дру зей тоже, снова стал иногда встречаться с бывшим коллегой. В свое время Карпов, потомственный новгородец, у которого в Великом Новгороде были многочисленная родня, связи, родители, преподававшие на кафедре марксизма ленинизма, отчаянно попытался зацепиться в Риге, в которую попал случайно – на экскурсию. Он плюнул на легкую карьеру в родном городе и вместе с женой рванул в Латвию. Чтобы получить жилье устроил ся участковым милиционером, работал потом в колонии и лишь в пере стройку сбросил наконец ярмо переселенца, расстался с МВД и пришел в школу, вернувшись к обозначенной в дипломе новгородского «педа» про фессии. Таких людей, которые сами, не по распределению, не по приказу рвались в Прибалтику, считая ее вожделенным раем, было очень немного. Подавляющее большинство русских оказывались там не по своей воле, а потому, что так «Родина велела». Или жили там целыми поколениями, еще с царских времен, как, например, лидер Интерфронта – Алексеев. 150 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. В ЗАБЫТЬИ Когда Ивановы переехали наконец в Россию, Карпов стал писать Вале рию Алексеевичу письма чуть не

следующая